Двухэтажные сборно-щитовые дома построены в далеком 1949 году для расселения работников треста «Севастопольстрой», которые восстанавливали город после войны. Срок их эксплуатации домов — десять лет, и уже в 1981 году эти дома признали аварийными, но использоваться они продолжали с полной нагрузкой.
Сегодня на эти здания страшно смотреть: основные конструктивные элементы — деревянные щиты — прогнили, используемые в качестве теплоизоляции опилки вымыло осадками и вымело ветром. Фундамент домов просел, глубокие трещины появились и в самих квартирах. Новое жилье досталось единицам, остальные с призрачной надеждой ждут расселения.
Казалось бы, добровольно в таком доме никто бы не поселится. Однако желающие все же нашлись, и с законными жильцами они не церемонились.
Квартиру в доме №7 на улице Паршина Галина Крайтор по праву получила от города. Но однажды хозяйкой квартиры женщина быть перестала — ее жилище захватила депутат тогдашнего севастопольского горсовета Нина Прудникова для одной из двух своих дочерей. Вторую дочь Прудникова поселила по соседству — в дом №9.
Начались долгие судебные тяжбы. В 2013 году Галине Крайтор удалось выиграть городской, а потом и апелляционный суд, но добиться исполнения его решения не получилось из-за депутатского статуса Прудниковой.
Дело сдвинулось с мертвой точки уже при России. В 2014 году суд заново постановил выселить Прудникову. Но даже тогда сделать это оказалось не так-то просто: ситуация с сестрами Прудниковыми напоминает известный казус кота Шредингера — пока не откроешь коробку, неизвестно, существует он или нет.
«Прудникова поселила одну дочь в седьмом доме, другую — в девятом, — рассказала Крайтор на встрече с общественником Олегом Николаевым. — Когда судебные приставы пришли выселять их, они поменялись местами: та, что жила в седьмом, пришла в девятый, и наоборот. Получилось, что в исполнительном листе указаны не те лица, которых нужно выселить из конкретной квартиры, и нам пришлось заново подавать в суд на выселение Прудниковой и всех, кто может находиться в этой квартире, в том числе моей семьи».
Когда Галине все-таки удалось вернуть квартиру себе, оказалось, что в квартире будто прошел ураган: стены, окна и потолки были побиты, проводка оборвана, сантехника сломана.
«Когда мы зашли в квартиру, то просто обалдели, — вспоминает Галина. — Жить там уже невозможно: обои просто так уже не поклеишь, стены надо штукатурить. Полы побиты, потолки тоже. Но самое главное — коммуникации: надо восстанавливать электричество, воду и так далее, а это дорогое удовольствие».
Впрочем, законные жильцы девятого дома не добились и этого. Вернуть квартиру, где живет одна из дочерей Прудниковой, они не смогли до сих пор.
Крайтор же за свой счет провела экспертизу, которая определила нанесенный квартире ущерб — 240 тысяч рублей. Чтобы получить компенсацию, она снова подала в суд, но судья сразу сказала, что ничего не выйдет, и женщина забрала заявление.
Поскольку социальное жилье на Паршина принадлежит городу, Крайтор понадеялась, что дом сможет отремонтировать севастопольское правительство. Но и там ей отказали, сославшись на отсутствие денег. Женщина обращалась даже к экс-губернатору Сергею Меняйло, но ответа, конечно, не получила.
На сегодняшний день ничего так и не изменилось. Только цены за два года выросли почти вдвое, и теперь на восстановление разрушенной квартиры нужно уже не 240, а 500 тысяч рублей.
«Нина Прудникова — это депутат вашего района, которого вы выбирали, — говорит общественник Олег Николаев. — Я пониманию, что во время избирательной кампании все стараются выглядеть белыми и пушистыми, поэтому так важно не только слушать сладкие предвыборные речи, но и анализировать их. Изучать информацию о человеке, о его прошлой деятельности, жизни. Общаться с кандидатами, задавать острые и неудобные для них вопросы, требовать на них ответы. С такими людьми, как с Прудниковой, нужно бороться, не оставаться пассивными. В том числе, самим идти во власть, менять эти устоявшиеся украинские уклады».
Ну а что же сама г-жа Прудникова? А она у нас теперь — патриот, командир «Бессмертного полка» и героиня хвалебных публикаций экс-меняйловских СМИ. Коты Шредингера, они такие.
