Кладбище самовлюбленных

Севастопольцы — особая каста на полуострове. Они считают себя выше крымчан по месту рождения. Они уверены, что великое прошлое их города заложило в их ДНК ген превосходства. И упорно не хотят замечать убожество своего настоящего, бравируя не своей уже, в общем-то, славой. Может, хватит любить мертвых в ущерб живым?
Виталий Быстрюк
29.01.2017

Я родился и вырос в Севастополе, но волею обстоятельств оказался в Симферополе. До переезда столица Крыма для меня сужалась до двух точек: железнодорожный вокзал и аэропорт. Потом оказалось, что тут великолепная, пусть и местами разрушенная, набережная Салгира, вполне приличный центр (после реконструкции хочется сказать «был»), хороший кинотеатр, а еще есть несколько магазинов, где одежда и обувь стоит дешевле, чем в Севастополе в несколько раз. Тоска по морю компенсируется наличием автомобиля. Хочешь на море? 40 минут — и ты в Береговом. Час — и ты в Алуште.

И самое главное — ты начинаешь ценить Севастополь. Настоящий Севастополь, а не воспетый город из прошлого в учебниках, книгах, фильмах. Улицы, пусть даже с ямами, восхищают тем, что они просто есть. Люди кажутся по-настоящему родными. При виде парка Победы и волн у пирса хочется носиться с криками счастья, заглушая чаек.

Гордиться великим прошлым может любой дурак. Любить вот этот Севастополь, который ты видишь каждый день, от которого часто устаешь и который даже ненавидишь — вот что сложно.

Все плохое и нелицеприятное скрыто за прилизанными страницами учебников, геройская слава наших предков воспета во всем мире — что же сложного в том, чтобы любить такой Севастополь? Он как красивая картина, на которую потрачены десятки лет жизни. Процесс уже не виден, только результат. Стой и любуйся.

А вот Севастополь настоящего или будущего — это другая картина. Местами уродская, местами бездарная, где-то гениальная. И проблема в том, что мы часто не хотим видеть ее недостатки. Закрываем глаза, машем руками и возмущаемся: как смеете вы, понаехавшие, посягать на наше величие. И только заметив огрехи и ошибки, только найдя в себе силы их устранить, можно сделать так, чтобы в будущем Севастополю было чем гордиться, кроме своей славы.

Я не хочу рассказывать своим детям, что они обязаны любить Севастополь только за его мертвых: за 35-ю батарею, Панораму, Диораму и Малахов курган. Да, они должны об этом знать, гордиться. Но любить город нужно за настоящее — за его живых. За тот вклад, который каждый готов сделать в него. Не отмахиваться от проблем, не прикрывать их листами из учебников, делая вид, что их не существует. Севастополь можно даже ненавидеть — если ненависть будет иметь эффект действия. Действия на благо города и его развитие.

А сейчас наш снобизм выглядит жалко. Гордо выпячивать грудь можно при высоком уровне культуры каждого севастопольца, ровных дорогах, чистых улицах и реальном улучшении уровня жизни в городе.

В моем случае прививкой от снобизма стал переезд в Симферополь. Неожиданно для себя я обнаружил, что называю себя крымчанином. И быть частью целого полуострова мне оказалось намного приятнее, чем лишь одного города, пусть и с великой историей. Может быть, севастопольцам пора выбраться из скорлупы прошлого, оглядеться вокруг и заняться своим настоящим?