Так исторически сложилось, что я всегда много общалась с пожилыми людьми. Жила у бабушки с дедушкой, знала все о бабушкиных подругах. Но это были только рассказы. Слова, фразы, стандартный перечень старческих невзгод. Намного страшнее заглянуть этим людям в глаза и начать им задавать вопросы. Почему-то становится очень стыдно за то, что в холодильнике у тебя лежит шоколадка, а вчера ты испачкала малиной футболку за 600 рублей и тут же ее выкинула.
15 500 рублей. 1300 гривен. 12 000 рублей. Ты сможешь прожить на эти деньги целый месяц? А они могут. Не живут, а выживают. Знают, где самые дешевые макароны, умеют покупать обувь за 300 рублей и носить ее словно хрустальные туфельки. Они прожили долгую жизнь и оказались на ее обочине в старости. Говорят открыто — их медленно убивают, но они пока еще живут. .
.jpg)
Бабушка Валя, Краснодар, Россия
Мимо таких стариков тяжело пройти мимо. Они ничего не говорят, смотрят в пол, но стоят так, что сжимается сердце. Согнутая от прожитых лет и бессилия перед жизнью спина выдает человека, которому нужна помощь. Он просто не говорит об этом, потому что стыдно.
Бабушка Валя стояла на одной из центральных улиц Краснодара с цветами возле супермаркета. Держала маленькие, как и она, белые, как и ее душа, букеты цветов. Я остановилась, мы разговорились.
Бабушка живет в пригороде Краснодара. Несколько раз в неделю ездит из пригорода (30 км до города) продавать букеты. Говорит, что раньше их покупали лучше, а теперь люди мимо проходят, у них денег нет.
«Была на Целине, поэтому у меня пенсия хорошая 15 500 рублей, — говорит бабушка Валя. — Плюс еще огород есть, поэтому можно выжить, выращивать что-то свое. Да и стараюсь быть довольной тем, что есть, жить с добром и дарить добро окружающим».
Продавать цветы ей не стыдно, она старается делать их с любовью. Разве что расстраивает дорога, около 200 рублей приходится тратить в оба конца. Берет 20 букетиков, продает по 100 рублей, получается хорошая прибавка к пенсии. Деньги она отдает внуку, который за 16 000 рублей трудится инженером, а у него семья.
Самой бабушке давно пора делать зубы, сердце барахлит, но деньги на себя она почти не тратит.
«Цветы хорошо в праздники берут, — рассказывает пенсионерка из Краснодара. — Вот я продавала цикломены по 30 рублей, а купила одна у меня несколько букетов, через три шага стала продавать по 50. Все крутятся как могут».
Говорит, что ее соседка недавно ездила на Украину. И рассказывала, как там люди живут, как им тяжело. По словам соседки, в Краснодаре намного лучше дела, чем в некогда дружественном государстве.
.jpg)
Татьяна, Николаев, Украина
Пожилая женщина работает в маленьком частном отеле по ночам. Следит за порядком, встречает загулявших посетителей пустым взглядом давно закончившей жить женщины. Теперь только дожить. Вот ее цель.
Номер в частном отеле стоит от 350 до 500 гривен в сутки. Условия средние: приличный ремонт, недорогие мебель и сантехника, более-менее приличного качества. Работа здесь — дополнительный доход, ведь раз в месяц Татьяна получает пенсию 1300 гривен. В этом отеле она могла бы остаться за свои деньги всего на 2,5 ночи в стандартном номере с большой кроватью и душевой кабинкой.
Сколько ей платят за ночные смены — не говорит, отказывается наотрез. Но признается, что денег все равно не хватает. Живет с детьми, иначе не справится. Так выживают многие ее знакомые пенсионеры. Делят коммунальные услуги на всех, питаются все вместе, как-то держатся из месяца в месяц.
«Мой сосед платит за коммунальные услуги 600 гривен, у него пенсия 2000 гривен, - говорит Татьяна. - Это без субсидии, а если сделать субсидию, тогда да, меньше. Но многие побаиваются оформлять документы. Поговаривают, что потом эту разницу то ли с нас еще взыщут, то еще что, в общем, мутно там».
Она с опаской поглядывает на телевизор. Идет вечерняя сводка новостей, показывают депутатов Верховной Рады. Татьяна говорит, что ждет новостей про медицинское обслуживание. Депутаты приняли в первом чтении законопроект, по которому бесплатного лечения больше не будет. Только за деньги.
«Мы доедаем за другими, донашиваем вещи, нас так уничтожают по большому счету, — глядя в стол тихо говорит пенсионерка. — Если бы я жила одна, давно умерла бы с голоду. Мои расходы превышают доходы, хотя я красную икру не помню, когда ела в последний раз, не шикую».
Мать ее невестки перебралась в Испанию и оттуда шлет много вещей. Поэтому на одежде для взрослых и внучки Татьяны удается экономить. С едой хуже. Пенсионерка говорит, что покупаешь хлеб, сахар, масло — вот тебе и нет 70 гривен. Это 18 таких походов за продуктами в месяц. Но кроме масла, хлеба и сахара хочется овощей, фруктов и иногда мяса.
«Приезжала к нам в отель американка, заказала еду в номер, отдала шесть евро и говорит, ой как у вас дешево, как дешево, — вспоминает Татьяна. — А я смотрю на нее и думаю, да моя семья на такие деньги два дня прожить может, а не просто пообедать…»
Пенсионерка жалуется и на преступность. Многих выпустили из тюрем, людям надо что-то есть, а работы нет. Рассказывает, как недавно убили старушку из-за копеечных ценностей. Разговор заканчивается довольно быстро — приехали новые постояльцы. Татьяна отказывается фотографироваться, говорит, что не хочет, чтобы в Крыму ее лицо видели. Грустно прощается и уходит.
Таких как она в Николаеве много. Я встречаю еще несколько пенсионеров на улицах, торгующих овощами в подворотнях. У всех одинаковые глаза. Пустые. Лишенные надежды. Умирать они не хотят, но и жить нормально не могут.
.jpg)
Екатерина Николаевна, Севастополь, Россия
Екатерина Николаевна не экономит на еде, она просто ничего не выбрасывает. Пенсионерка хорошо помнит годы войны в блокадном Ленинграде, когда была маленькой девочкой. Она живет одна, еда может лежать у нее в холодильнике несколько дней. Вещи почти не покупает. Если узнает, что где-то есть распродажа, идет туда.
Хвастается очень удобными балетками, на которые потратила 300 рублей. Носит их аккуратно, чтобы хватило на как можно больший срок.
«У меня пенсия чуть больше 12 тысяч, - рассказывает жительница Севастополя. — Я считаю, что это не так мало. У подруги вот 9 тысяч, хотя она более 40 лет проработала медсестрой. Выживает только благодаря мужу, он военный пенсионер, получает около 20 тысяч рублей».
За коммунальные услуги пенсионерка отдает примерно 3 000 рублей, в трехкомнатной квартире меньше не получается. Еду покупает в нескольких магазинах, которые хорошо знает. В одном можно сэкономить на молочной продукции, в другом – на конфетах. Львиная доля денег уходит на лекарства. Екатерина Николаевна пережила инфаркт, сердце барахлит, печень сдает. Каждый месяц около 3-4 тысяч она оставляет в аптеке. На остальное выживает.
«Хорошо, хоть у меня дети и внуки более-менее нормально устроились, хотя им тоже тяжело, но мне помогают, — говорит пенсионерка. — А вот подруга моя одна, нет никого у нее, перебивается с хлеба на воду, чтобы оплатить квартиру и лекарства, фрукты позволяет себе по графику, у нее же пенсия тоже 9 000 и военного мужа нет».
Все эти пожилые женщины живут в разных частях когда-то одной большой страны. У каждой своя история, но общее одно – им нужно выжить в суровой капиталистической реальности. Никаких круизов с престарелыми миллионерами, поездок по миру, счастливой старости. Только борьба за выживание.
На сайте Пенсионного фонда России есть калькулятор. Я ввела приблизительные параметры моей нынешней и будущей жизни: зарплату, стаж. Меня ждет пенсия 12 162 рубля. Сейчас я трачу на себя и дочь около 50 тысяч в месяц, причем наш образ жизни можно назвать скромным. Как можно жить на 12 тысяч – загадка для меня. Но думать об этом я не хочу. Хотя бы лет до 50. Слишком печальная перспектива.
Может быть поэтому мы отмахиваемся от проблем стариков и отводим взгляд, когда видим бабушку с цветами у пешеходного перехода? Ведь мы смотрим на самих себя в будущем. Многие, кто сейчас горбатятся на двух работах или сменах, после 60 лет окажутся такими же стариками. Жить с этой мыслью не хочется. Танцуй, пока молодой. Вдруг, к старости что-то изменится. А может с годами ты просто постепенно смиришься с мизерной пенсией, равнодушием государственной машины и нищетой.
