«У него был оторван лоскут на голове и раны от паха до колена»

В Крыму в парке львов «Тайган» нашли мертвого 29-летнего Максима Яковлева. На ноге и голове — страшные укусы. Корреспондент «Комсомольской правды» поговорил с семьей погибшего и попытался восстановить цепочку предшествовавших трагедии событий.
Комсомольская правда — Крым
26.01.2017

«Обезьяны на него кидались»

В большой комнате обычного сельского дома меж окон стоит журнальный столик. На нем церковная свечка и мутная фотография. Максим на ней улыбается и держит пластиковый стаканчик с желтоватой жидкостью.

Портретов получше у родных нет. Мама Максима Инна Владимировна и бабушка Алевтина Сергеевна живут в селе Вишенное Белогорского района.

Там Максима и похоронили.

Максим, как рассказывает его мать, жил со своей семьей в Чернигове — на родине жены. Он там служил в армии, познакомился с Марией и остался. В Крым проведать маму после ссоры с женой Максим приехал в апреле 2014 года. А обратно уже не рискнул выехать.

Фотографию со свадьбы Максима и Марии в 2008 году мама бережно хранит. Фото: из личного архива Инны Яковлевой.

Фотографию со свадьбы Максима и Марии в 2008 году мама бережно хранит. Фото: из личного архива Инны Яковлевой.

«Мы боялись, что он не доедет домой, что на границе его могут отправить в АТО. Тогда всех молодых мужчин брали, — рассказывает жена. — Он собирался вернуться в Чернигов, как только сделает российские документы».

Почти три года в Крыму Максим, мебельщик и строитель, по словам мамы, перебивался случайными заработками: собирал мебель, уголь древесный делал.

Жил отдельно, снимал в квартиру в Белогорске. Виделись и общались нечасто.

«Полгода его у нас не было», — говорит бабушка Алевтина Сергеевна. — А за несколько дней перед смертью приехал, прощения просил, что долго не приезжал.

По словам родных, Максим заезжал домой на «Тайгановской розовой газельке» дважды — 8 и 9 января, каждый раз — меньше получаса.

«Устроился, радовался, в "Тайган", работает там уже месяца два и живет там же, сказал, что его обещали взять официально, как только оформит документы. У него же украинский паспорт, — говорит мама. — Кормил, говорит, обезьян, дрова колол, печку топил. Рассказал, как обезьяна одна рожала и детеныш ножками пошел, а он вытаскивал этого детеныша, и обезьяны на него кидались».

Максим сообщил им, что снова приедет в четверг, 12 января, у него — выходной. Но не приехал. Матери о смерти сына сообщили вечером 16 января, на следующий день после того как в подсобке на территории «Тайгана» нашли тело с «телесными повреждениями».

Вечером, перед похоронами, когда Максим лежал в гробу, родственники решили посмотреть, что это за «повреждения». Бабушка держала лампу, они перевернули тело и Мария сфотографировала раны.

Мария с дочерью Женей в 2012 году. Нынче дочь Максима уже пошла во второй класс. Девочке сказали, что папа ушел на небо. Фото: из личного архива Инны Яковлевой.

Мария с дочерью Женей в 2012 году. Нынче дочь Максима уже пошла во второй класс. Девочке сказали, что папа ушел на небо. Фото: из личного архива Инны Яковлевой.

«Подняли голову, а там нет целого шмата, рана от уха до уха по затылку зашита неаккуратно настолько, что кажется, будто шов накладывал ветеринар-недоучка. Задрали левую штанину, а там пищевой пленкой замотана тряпка на ране. Я сожалею, что не открыла ее, в состоянии шока была», — рассказывает Мария.

В медицинском свидетельстве о смерти, которую подписывал судмедэксперт, причиной смерти обозначен сепсис, к которому привела рана на нижней конечности, а точнее укус хищного животного. Рана на голове не упоминается вовсе.

«Весь матрас в подсобке был в крови»

После похорон жена и мама съездили в «Тайган». Кто покусал Максима, почему он умер? Им там объяснили, что Максим пришел в парк уже покусанный, сказал, что собаками. Сам якобы отказался от госпитализации. И что ему фрукты носили, и лекарства купили. А умер он во сне. Тело обнаружил его напарник Костя, он пришел к заведующей и сказал: Максима нет. И где теперь этот Костя? — спросили родные. Отвечают, пропал. А еще говорят, что, когда тело выносили, с него гной полился и матрас весь был в крови.

«Понимаете? У тебя человек в крови лежит, а ты ему фрукты носишь спокойно. Ну как так? — возмущается мама. — Почему "скорую", полицию не вызвали? Почему Максима в больницу не увезли? Почему мне не сообщили, они же знали, что он с Вишенного. Никому ничего не сказали. Он же не просто раз и умер, Максим четыре дня там умирал.

Жена не верит:

«Покусали мужа или тигр, или обезьяна. Не собака, слишком серьезные раны. И не лев, он бы его разорвал на части. А скрывали потому: он же неофициально у них работал. Думали, обойдется. А оно вон как вышло.

Родные убеждены — если бы Максиму вовремя оказали помощь, он был бы жив.

«Сообщи они нам, мы бы его спасли».

«Тигры ни при чем»

В «Тайгане» все как воды в рот набрали: все вопросы к директору.

Директор «Тайгана» Олег Зубков в момент трагедии был за рубежом.

«Это был молодой человек 29 лет, который за короткое время волонтерской деятельности в парке "Тайган" зарекомендовал себя в основном с положительной стороны и руководство готовило его для приема на работу в парк на постоянной основе, — отреагировал он в своем блоге. — Произошедшее не является производственным случаем. Яковлев никакого отношения не имел к работе с хищниками. Никакой вины руководства парка в его смерти нет, и тигры к этому не имеют никакого отношения.

Фото: из архива

Фото: из архива «КП»

Максима, по его словам, отправили в Белогорскую районную больницу, где ему была оказана вся необходимая медицинская помощь и было выдано направление на госпитализацию.

«Однако Максим скрыл полученное направление и занялся самолечением, при этом совмещая прием лекарственных препаратов с принятием крепких спиртных напитков», — пояснил директор.

«За четыре дня до смерти»

За четыре дня до смерти Максим Яковлев, действительно, приходил в больницу.

«Около пяти вечера 11 января он у нас появился, стоял согнутый в дверях, брюки в крови, на голове запекшаяся кровь, температура 39,6 , — вспоминает хирург поликлиники Белогорской райбольницы Ольга Шалева. — Мы его завели в перевязочную. На ноге был эластичный бинт намотан, весь заскорузлый от крови. Мы его размотали, чтоб определить повреждения. У него было 5 ран по 6-8 сантиметров на левой ноге, на бедре и голени, от паха до области чуть ниже колена, и одна — 6 сантиметров на голове. На голове — оторванный лоскут, он даже не оторван был, а скальпирован. Не сказать, что там кость была видна, но мышцы видно. Раны все укушенные, явно несвежие, грязные».

Максим, по словам медиков, был адекватен — «самый обычный человек, никакого перегара, нательная одежда более-менее». Он рассказал хирургу и медсестре, что накануне в Вишенном его покусала собака.

«Большая лохматая собака, представляете? Мы, естественно, людям верим. Всякие ведь собаки бывают, есть бойцовские, есть какие-то для охраны, — говорит хирург. — Мы раны обработали, наложили черными нитками шов на колено и на рану на голове три-четыре шва, наложили повязки. Мы еще стали ему рассказывать — у нас летом был случай, когда в "Тайгане" мужчина полез яблоки собирать в загородку, ему львы также обскоблили ногу. Он бровью не повел. Мы ему дали направление на срочную госпитализацию. Он сказал, что понимает тяжесть своего состояния и ляжет в больницу. Обмолвился, что у него нет полиса. Я ему говорю, да какой полис…».

Чтобы лечь в больницу, Максиму нужно было спуститься с третьего этажа поликлиники и пройти по больничному двору метров 30.

Но Максим, по словам медиков, сказал, что съездит со знакомыми в Вишенное за паспортом, их было двое вместе с ним, и вернется.

«Мы были уверены, что он лег, — говорит хирург. — Он сам виноват, хотя нельзя так про умершего».

В приемном отделении, по словам старшего фельдшера Виктории Селезневой, пациент с укушенными ранами не поступал вообще.

В социальных сетях бурно обсуждают фото с ранами, которые сделала супруга Максима.

Некоторые сомневаются, в том, что такие страшные швы могли сделать в морге, некоторые уверяют, что именно так все и происходит, если не оплачен «марафет» тела. Хирург Ольга Шалева видела эти снимки, и уверяет — это не ее работа, восклицает — это работа не медика. До морга нам дозвониться не удалось.

«Мы пойдем в прокуратуру и в суд»

Следователи проводят расследование. Уголовное дело возбуждено по статье «Причинение смерти по неосторожности».

А родные хотят судиться.

«Да, я пойду в суд, я пойду в прокуратуру, — говорит Мария. — Я хочу разобраться, почему мужу не была оказана медицинская помощь и как он умер».