Укротители восьми соток: чиновники остановили стройку в Балаклаве

Дмитрий Овсянников нашел способ отвлечь внимание от варварской застройки урочища Ласпи. Через три дня после репортажа «Примечаний» о начале земляных работ над крепостью Чембало в Балаклаве правительство Севастополя бросилось на защиту культурного наследия, заявив, что может отсудить землю у дачников. Ключевое здесь слово «может»: во-первых — не факт, что получится, а во-вторых — угрожать сотням дачников проще, чем одному крупному девелоперу.
Виктор Ядуха , Екатерина Резникова , Катерина Резникова , Надежда Исаева
20.12.2017

19 декабря в сумерках, под дождем и снегом, правительство Севастополя вывезло местные СМИ на склон горы Аскети в Балаклаве. Здесь, прямо на Большой севастопольской тропе, на живописном склоне между крепостью Чембало и Фортом «Южный» («Бочка смерти») на прошлой неделе начались земляные работы. Владелец одного из участков дачного кооператива «Благодатьстрой» ровнял экскаватором землю под будущий дом.

О том, что один из знаменитых открыточных видов Севастополя скоро исчезнет под частной застройкой, «Примечания» написали в субботу 16 декабря. А уже во вторник чиновники, которых обычно трудно побудить на борьбу с любым беззаконием, стали наперебой предлагать рецепты остановки строительства – каждый в своей компетенции.

[[incut? &ids=`29901`]]Глава Севнаследия Михаил Рязанцев заявил, что, согласно приказу Минкульта №1864 «О достопримечательном месте Херсонес и крепость Чембало» и закону 43-ФЗ, землей здесь можно владеть и использовать ее в туристических целях – но нельзя застраивать. Поэтому сейчас ее владельцев могут привлечь к ответственности по ст. 7.13 КоАП и ст. 243 УК (повреждение объекта культурного наследия). По словам Рязанцева, отныне склон будут охранять от застройки казаки.

Глава ДИЗО Рустем Зайнуллин сообщил «Примечаниям», что у департамента есть сомнения в законности выделения этих участков гражданам при Украине, и что ведомство уже готовит документы для обращения с иском в суд – их попытаются вернуть городу так же, как и земли в Ласпи и на Инжире.

А начальник Земконтроля Сергей Черных на сайте правительства прокомментировал ситуацию с конкретным участком, где на выходных работал экскаватор. «Гражданину выдан акт собственности на участок площадью 800 кв м еще до 2014 года, - сообщил чиновник. - Располагается он на территории ОК-ДСТ «Благодатьстрой», где находится еще 208 участков. Собственник начал работы по планированию грунта. В ходе проверки выявлено, что эти действия могут являться самовольным снятием и перемещением плодородного слоя почвы, а также нарушать специальный режим осуществления хозяйственной деятельности в пределах прибрежной защитной полосы водного объекта, а сам объект находиться в защитной зоне лесных насаждений», – сказал Черных.

Так это место выглядело 16 декабря

19 декабря вечером журналисты смогли разглядеть лишь земляную кучу. Чиновники рассказали о победе над застройкой

Ключевым в этом высказывании является слово «могут», придающее всей этой истории некую двойственность. Казалось бы, один модальный глагол – а чиновники уже ничем не рискуют. Ведь по словам председателя «Благодатьстроя» Геннадия Браги, у собственников земли есть на нее все документы, и документы эти намного убедительнее, чем бумаги терпящих поражения в судах с правительством земельных лишенцев.

[[incut? &ids=`25686`]]Земля была полностью оформлена в собственность еще при Украине, говорит он: владельцы прошли через две сессии горсовета и публичные слушания (ноябрь 2010 года), получили госакты, позже внесли участки в российский кадастр. Строить начали только сейчас, потому что до 2013 года дороги, по которой к видовому склону над морем может подъехать техника, еще не было, поясняет Брага.

Два года они прокладывали подъездные пути, засыпая балку между Крепостной горой, на которой стоит Чембало, и горой Аскети – а в 2014 году первый российский губернатор Севастополя наложил на любое строительство в городе мораторий.

И вот строительство наконец началось. Никакой приказ Минкульта помешать этому не может, убежден Геннадий Брага. В границах охранных зон нельзя возводить капитальные строения, говорит он - а садовый дачный дом, например, на сваях, построить можно.

«От нашей нижней границы 80 метров до Чембало, охранная зона Форта Южный – 50 метров, - пояснил «Примечаниям» председатель кооператива. – Да, в 500 метрах от моря нельзя делать септики, но изолированные выгребные ямы можно - до проводки централизованной канализации. А по градостроительному плану, утвержденному на сессии горсовета 18 января 2011 года, там предполагается прокладка централизованной канализации, водопровода и электричества».

Слова шефа Севнаследия о казаках, которые больше не подпустят экскаватор к этой земле, вызвали у Геннадия Браги удивление. «Межа вынесена, никто не имеет права даже на участки заходить. Это какие-то игры непонятные», - комментирует председатель «Благодатьстроя». 

По его словам, уже при России участки здесь купили около 20 человек (на Avito они продаются примерно по 2 млн рублей – ред.). Всего в этом районе около 600 участков – есть еще СТ «Балаклавец» и «Слагир». Все они были нарезаны при Украине примерно в одно время.

Представители «Благодатьстроя» утверждают, что у них все законно - но при этом все равно боятся. От чиновников можно ждать чего угодно, говорят они. Но у этих опасений может быть еще одна причина: собственники земли на склонах знают ее ценность для Севастополя. И понимают, что настоящий хозяин, озабоченный будущим этого города, просто обязан запретить любое строительство над побережьем от Чембало до самого Ласпи. Здесь начинается Южный берег Крыма, и это единственный еще не застроенный участок ЮБК такой протяженности в непосредственной близости от моря. Это уникальное место, где еще сохранилась первозданная природа, которая может привлечь, и уже привлекает в Севастополь тысячи туристов. А на лепящиеся к скалам домики можно посмотреть в любом поселке Большой Ялты.

И губернатор Севастополя Дмитрий Овсянников может на это решиться. Ключевое здесь слово «может». Ведь проще остановить застройку восьми соток в Балаклаве, чем сотен гектаров реликтовых можжевеловых склонов в урочище Ласпи.