Как оказалось, фильмы были курсовыми работами студентов ВГИКа 2 и 3 курсов. Само по себе это их скучными не делает — Всероссийский государственный институт кинематографии всегда был кузницей талантов. Мало того, документалистика в России стала редкостью, и это само по себе гарантирует зрительский интерес. Почему же севастопольцы начали уходить с просмотра?
Критиковать авторское кино сложно, тебе всегда могут сказать, что это ты чего-то не понял. Но в данном случае все просто: уровень фильмов ниже плинтуса.
Просмотр фильма «Кредит на миллион», где маргинальная женщина в хрущевке оценивает профили мужчин на сайте знакомств, вызвал у корреспондента «Примечаний» отвращение. «Бабушкины» ковры на стенах, неопрятное кормление грудью, мат — хотелось отвернуться или выйти из зала, что я, в общем, и сделала. Не потому, что героиня вела себя грубо, а потому, что созерцать все это дно не имело смысла: никаких свежих истин в процессе просмотра не открылось, это была просто чернуха.
Сергей Калюжный полгода назад окончил курсы актерского мастерства, после чего ему предложили бесплатно посещать показы киноклуба «Шукшин», которые проводятся каждый понедельник. Он решил воспользоваться моментом, тем более, что показывали работы студентов ВГИКа. Но тоже вышел разочарованным.
«Единственный фильм, который мне было более-менее интересно смотреть, это «Лайф», про инстаграм-блогера, — говорит он. — Главный герой рассказывал, как с десяти тысяч подписчиков дошел до миллиона. И все было хорошо до момента надевания презерватива на голову».
Второй фильм, «Мои 90-е», Сергею показался абсолютно бессодержательным, а рефлексии автора на эту тему — плоскими и банальными. «Лучше уж снова про Сашу Белого посмотреть», — говорит он, вспоминая сериал «Бригада».
«Я думал, хуже, чем эти два фильма быть уже не может, и очень пожалел, что остался на третий фильм, — говорит Сергей о «Кредите на миллион». — Это, конечно, весьма жизненный фильм про женщину, которая влезла в долги ради мужа и осталась одна с ребенком на руках. Хотя как этой неработающей девушке выдали четыре кредита на общую сумму миллион рублей, непонятно. Ее поиск следующего супруга на сайте знакомств отвратительно физиологичен, и я просто не понимал, зачем мне это видеть. Да и качество съемки оставляет желать лучшего. Два часа из жизни просто потеряны».
После третьего фильма Сергей со своими друзьями вышли из зала и больше уже не возвращались. Так сделали и многие другие.
Безусловно, документальное кино — это «не для всех». Возможно, город не готов к подобному «арт-хаусу», и его развитие остановилось на уровне «блокбастеров в Муссоне». Но отчего эти работы решили показать именно в Севастополе?
Возможно, у всех этих студенческих фильмов была одна цель, — никого не осуждая, показать суровые реалии жизни XXI века, передать «культурный шок» зрителям. Но в основе документалистики должны лежать интересные процессы, события, явления и гипотезы. А их не было.
Низкий уровень фильмов можно списать на студенчество: работы не претендовали на высокую оценку. Но они были заявлены как лучшие. Что бы мы сказали тогда об остальных?
Год назад в Севастополе еще обсуждали тему открытия крымского филиала ВГИК. Актеров собирались готовить на базе Севастопольского академического театра имени Луначарского. Об этом представители именитого российского ВУЗа и луначарцы заявили на встрече с журналистами. Однако школа так и не была открыта. И если раньше мы могли переживать по этому поводу, то может теперь уже стоит радоваться?
