Виктор Тихонов: «В крымчанах убили желание работать»

Виктор Тихонов — один из опытнейших украинских хозяйственников. Многолетний руководитель Луганской области, депутат Верховной рады нескольких созывов, бывший вице-премьер-министр и посол Украины в Республике Беларусь. Сейчас Виктор Николаевич живет в Крыму. «Примечания» расспросили его о нынешнем состоянии полуострова.
Константин Кеворкян
11.07.2016

— Я видел Крым до 1991 года, и видел Крым в девяностые годы, в двухтысячные и сейчас. Это совершенно разные территории, разные люди и разное экономическое развитие. Я считаю, что до 90-го года Крым — хорошо или плохо — но развивался. При Советском Союзе Крыму уделялось большое внимание. Его называли «Всесоюзной здравницей», огромное внимание уделялось отдыху детей, работало большое количество санаториев, предприятия строили собственные базы отдыха для сотрудников.

Существовала мощная экономическая база, работало много колхозов и совхозов с индустриальными подходом к производству. В первую очередь, выращивали овощи, виноград, фрукты, занимались их переработкой. Только в одном совхозе — в селе Изобильное, что в трех километрах от центра Алушты — работали несколько тысяч алуштинцев.

Я недавно встречался с замом главного инженера. Он рассказал, что после 91-го года совхоз разорили так, что мародеры даже разбивали железобетонные стойки для крепления винограда — доставали арматуру, чтобы сдать на металлолом. Сейчас он таксует.


Только в одном совхозе в селе Изобильное работали несколько тысяч алуштинцев. Я недавно встречался с замом главного инженера. Сейчас он таксует.


Да, с развалом СССР все начало приходить в упадок, предприятия закрывались, резались на металлолом. Главная цель всех и вся, начиная с самого высокого руководства и до среднего бизнесмена — это почти бесплатно захватить территории и земли, строить на них всякие коттеджи, а всю выручку класть в карман.

Даже центральный парк Алушты, где мы сейчас находимся, подперт высотными домами, и, насколько я знаю, был уже разработан перспективный план, по которому на территории этого парка должны были появиться 12-этажные высотки. То же самое касается и находящегося поблизости стадиона «Спартак». Итог — нажива для конкретного бизнесмена.

Это продолжалось вне зависимости от того, какой президент был в Киеве или как менялись власти здесь. Сюда тоже давались бюджетные деньги на развитие, но основная цель все же, подчеркиваю, был захват территории.

— Виктор Николаевич, как можно оценить состояние инфраструктуры Крыма на данный момент?

 Мне пришлось при последнем законно избранном президенте, то есть при Януковиче, недолго проработать вице-премьером и министром регионального развития (это была одна должность). И по своей должности я отвечал за некоторые регионы нашей страны: Крым, Донбасс, Западную Украину.

Правда, к сожалению, быстро выяснилось, что это было кураторство чисто представительское. Сюда назначался надежный вассал в лице губернатора, это обязательно был «донецкий» человек, и цель у него была та же самая — захват территории для строительства высотных зданий или чего-то еще.


Независимо от того, какой президент был в Киеве или как менялись власти здесь, основной целью был захват территории под застройку


В результате таких «целенаправленных усилий», за время пребывания Крыма в Украине эта территория была доведена до плачевного состояния. В людях убили желание работать на предприятиях, потому что их почти не осталось. А те, что остались, не могли в должной степени дать работу населению. Люди занялись мелким предпринимательством, извозом и, самое главное, сдачей квартир внаем. Старались за три-четыре сезонных месяца любыми доступными путями выхватить деньги.

Ну, и рынок. Подходишь, бывало, спрашиваешь: «Ты местный?». «Местный». «А что у тебя из местного продается: клубника, малина?..» А это все привозное — Португалия, Греция, Турция, Израиль. Так выгоднее.

И к чему в результате пришли? Даже Москва говорит, что у них дешевле, чем у нас. Сейчас Крым по ценам может «конкурировать» только с Луганском и Донецком. Все это дает повод для разговоров — а «при Украине было дешевле», а «при Украине было легче жить». И это мнение, к сожалению, распространено. 

Уже два года руководство Крыма говорит о дорогах. Дороги важны, слов нет, но я лично еще со времен, когда я курировал Крым и занимался этими вопросами, знаю, какая огромная проблема здесь с очистными сооружениями. Крым работает на очистных сооружениях еще советского периода. И все слабоочищенные канализационные нечистоты идут в море, а сточные воды все сто процентов идут в море без очистки. А море — это купание и лечение, главное богатство Крыма.


В крымчанах убили желание работать. Люди занялись мелким предпринимательством, извозом и, главное, сдачей квартир внаем. В результате на рынках все привозное, цены выше московских, а народ говорит, что при Украине было легче жить. И это мнение, к сожалению, распространено.


Теперь о дорогах, о которых так много говорят, а ремонтируется только центральные улицы. Я часто езжу в аэропорт, и на моей памяти там уже три раза перекладывают асфальт. Думаю, вкладываются хорошие деньги. Я был хорошо знаком с автодорожниками, потому что это входило в мою работу как вице-премьера, и знаю, какие там деньги отмываются. Недаром же говорят, «дороги и рыбы безмолвствуют». А если взять ту же Алушту, Партенит или Форос: можно было за два года хотя бы тротуары сделать?

Пример из другой сферы. Сегодня крымчане собирают полтора миллиона тонн зерновых. Но мало-мальски компетентному человеку понятно, что продавать просто зерно — невыгодно. Куда выгоднее его превратить в корм и уже на этой базе развивать животноводство и птицеводство. Крым способен не только себя содержать, но и поддерживать другие регионы. 

— А можно ли говорить о перспективе возрождения крымской промышленности?

— Можно и нужно говорить. Задумки, насколько я могу судить, есть большие. Развитие виноградарства, производство овощей, фруктов и на это этой основе возрождение перерабатывающей промышленности. Да ведь и дорожное строительство, по сути, подтягивает сюда все виды промышленности, вплоть до металлургии. Строительство Керченского моста, строительство электростанций — это очень важно.

Но лично меня удивляет, когда выступают крымские начальники и почему-то записывают все эти стройки на свой счет: мол, мы мост строим, мы электростанции строим, мы энергосистемы и энергомост строим... А совесть есть? Все четыре направления, о котором они говорят, строит Москва, деньги дает Москва и строителей собирает со всей России.


Все слабоочищенные канализационные нечистоты идут в море, а сточные воды на все сто процентов идут в море без очистки


Местные чиновники должны говорить о том, сколько построили детских садиков (ведь очереди многотысячные), сколько школ отремонтировали, больниц. Я сам через крымскую систему здравоохранения прошел, и жена недавно приболела — везде очереди и ты никому не нужен. Врачей не хватает, зачуханные эти кабинеты, зачуханное оборудование... За два года хотя бы в больших городах можно было бы что-то изменить?

Вот это проблематика мэров городов, поселков и муниципальных органов. Вот это их работа и их зона отвественности. Они за это деньги получают - и неплохие, по сравнению с Украиной, деньги.

— Насколько, по вашему мнению, отвечает уровень подготовки крымских чиновников требованиям момента?

— Начну с конкретного примера. Приехали ко мне друзья-луганчане (к сожалению, не всем сейчас в Луганске есть место), занимаются они мусоропереработкой. Мусор это одна из серьезнейших бед Крыма. Обратились к мэру Феодосии, чтобы построить за свои деньги завод, но под завод нужна территория. А он говорит — где money-money? Инвестор ему предлагает: «Давай мы заработаем, начнем прибыль приносить, а ты пока акционером станешь». А тот: «Зачем мне потом, ты мне сейчас дай». Слышал по радио, что этот мэр уже за решеткой, но это же звоночек.


Друзья-луганчане занимаются мусоропереработкой. Обратились к мэру Феодосии, чтобы построить за свои деньги завод. Но под завод нужна территория. А он говорит: где money-money? Инвестор предлагает: «Давай мы заработаем, начнем прибыль приносить, а ты пока акционером станешь». А тот: «Зачем мне потом, ты мне сейчас дай».


Не можешь работать — уходи. У власти должны быть люди, которые хотят развивать свою территорию, в данном случае — Крым. Сегодня, как никогда, Крым должен быть под увеличительным стеклом федерального центра. И, подчеркиваю, начинать надо с местного управления. В противном случае ничего не будет — ведь таких нерадивых все устраивает: тихая заводь, ничего не делается, зарплата идет...

Рассказывают по телевизору, что у нас пляжи открыты, а они как были закрыты — так и закрыты. А если пляж и открыт, то все платное, можешь только одной ногой бесплатно стоять. А если бесплатное, то совершенно неблагоустроенные — ни зонтика, ни скамеечки.

Вот мы шли с вами по парку, искали скамеечку, чтобы присесть-поговорить. Хотя в парке должны быть на каждом углу удобные скамейки, и уж тем более в парке, примыкающем к морю.

— Как быть в непростой подобной ситуации Севастополю, с его совершенно особым экономическим и административным статусом?

— Севастополь всегда стоял особняком. Это всегда был город моряков, и мы всегда его связывали с моряками, и наши девчата рвались туда, потому что влюблялись в моряков. К сожалению, сегодня весь мир вздыбился. В этих условиях укрепляется морская база, и это правильно, поскольку Севастополь фактически на передовой.

Но и на этой основе можно и нужно развивать все остальное. Есть, допустим, двадцать или тридцать тысяч моряков, но у них же есть жены и дети, а значит, нужны школы, садики, больницы и все, что связано с нормальной жизнью.

Знаете, когда я работал послом Украины в Белоруссии, меня повезли в тамошнее передовое хозяйство. Председатель бывшего колхоза, ныне кооператива (сам он Герой Социалистического труда и Герой Белоруссии) рассказывал... Собирает, говорит он, итоговое собрание сотрудников — спрашивает, что еще нужно сделать. Все у них есть, включая «ледовый дворец». Сначала тишина, а потом одна девочка поднимает руку и говорит: «А знаете, у нас нет специалиста по наращиванию ногтей». Это в деревне-то! Я сначала заулыбался, рассказывает председатель. А теперь и такой специалист в деревне работает. Потому и молодежь не уезжает.


Сегодня крымчане собирают 1,5 млн тонн зерновых. Но продавать просто зерно невыгодно. Куда выгоднее его превратить в корм и уже на этой базе развивать животноводство и птицеводство. Крым способен не только себя содержать, но и поддерживать другие регионы.


Так и в Севастополе все должно быть. Жизнь города должна быть такая, чтобы все туда рвались. Те же молодые люди должны рваться в морской флот и прочие учебные учреждения, потому что там и воздух, и море, и жить легче, и зарабатывать можно больше. А для этого надо развивать все отрасли.

— Какие конкретные пути развития Крыма вы можете посоветовать местной власти?

— Первое, что важно сделать в Крыму — это кадровая политика, жесткая кадровая политика. Хочешь — работай, не умеешь — научим, воруешь — в тюрьме.

Второе — возрождение традиционной промышленности, которая здесь была (да и появление новой не помешает).

Далее — подчеркнутое внимание детским садикам, школам — все, что связано с детьми, поскольку это подрастающее поколение.

Дальше — очистные сооружения и очистка, больницы — потому что это здоровье людей.

Ну, и позор для Крыма, когда все, кроме лаврового листа, привозится с материка или из дальнего зарубежья. А все должно быть местное и уходить отсюда туда — ведь это тоже очень большие деньги.