На выходных с презентацией своей книги Севастополь посетили пранкеры Вован и Лексус. В телефонных разговорах они разыгрывают известных политиков и звезд. Парни разыграли сенаторов США Митча Макконелла, Джона Маккейна, а также конгрессвумен Максин Уотерс, которой, представившись украинским премьером, сообщили, что Москва готовит переворот в Лимпопо, чтобы поставить свою марионетку Бармалея. Уотерс пообещала украинцам свою поддержку, добавив, что скорее всего в Лимпопо уже есть американская разведка.
- Почему вообще решили заняться пранком?
Вован. – Ну это долгая история… Все пришло со временем. Сначала звездами занимались, просто было интересно посмотреть на обратную сторону звезд, потом занялись политикой. Просто изменились интересы, повзрослели, стало интересно совсем другое и перешли в другой жанр, но иногда звезд не забываем.
- Кого бы вы хотели разыграть из наших севастопольских чиновников?
Вован: Из ваших, наверное никого. Мы как-то общались с Поклонской в 2014 году. Но ваше руководство особо не на слуху, в каких-то скандалах громких. Пока у нас спрашивают в каждом регионе, кого бы вы хотели разыграть, но разыгрывать пока некого.
- А по какому принципу вы выбираете, кого разыграть?
Лексус: Если кто-то на слуху находится, если он в СМИ распиарен, то как правило этот человек становится нашей жертвой.
Вован: чтобы был инфоповод и наш интерес совпадал.
- Вы не хотите разыграть Поклонскую на тему «Матильды» разыграть?
Лексус: Поклонская нас хорошо знает. Она прекрасно знает наш почерк, поэтому ее по этому поводу разыграть не получится.
Вован: У нас идея устроить дебаты.
Лексус: Мы скорее устроим дебаты между ней и Учителем. Это было бы интересно. Сейчас договариваемся.
- Сложно «добраться» до каких-то ключевых фигур, известных политиков? Много времени тратите на поиски контакта?
Вован: Бывает очень трудно. Мы заходим на официальные сайты, смотрим там какие-то контакты, потом связываемся с их помощниками, пресс-секретарями. Дальше идет согласование нашего звонка, и на это может уйти несколько недель, доходило до такого. А иногда бывает очень быстро — буквально за сутки люди выходят на связь. Так было с Маккейном. Он очень быстро согласился с нами пообщаться. Например, другого сенатора, конгрессмена Адама Шифф, ждали две недели. Бывает по разному. Выходим на людей по цепочке. Прямых контактов иностранцев у нас обычно нет. Приходится долго-долго работать. То, что выходит в СМИ и в сеть, — это только 30-40% этого труда.
- Сейчас проходит презентация вашей книги. Почему решли стать публицистами?
Вован: А почему нет? Где-то два года назад издательство «Питер» предложило нам написать книгу по проделанной работе. Опыта публицистики у нас, конечно, нет. Долго думали соглашаться или нет, потому что особо много на книге не заработаешь. Если книга первая — много не получишь. Ты не Донцова и не Пелевин. Во время презентации в Донецке продали 45 за день, в Москве 35. Всего восемь тысяч экземпляров. Сейчас мало читают. Это вообще не выгодно.В 2016 написали первую часть – наши биографии, а в 2017 уже закончили основной блок. Как раз материала накопилось. Интересно было систематизировать весь наш опыт. Было очень приятно, когда мы первый раз взяли в руки книгу, и я думаю многим она понравиться. Есть уже в электронном варианте. Но живьем читать лучше. Интересней.
- Кого бы еще из российских политиков вы бы хотели разыграть?
Лексус: Как только у нас появится такое желание, кого-то наберем. Мы ни за кем не охотимся. Пока что таких нет, но они периодически попадаются. Губернаторы, мэры и прочие.
- Кто был вашим самым скучным спикером?
Вован: С такими разговор не публикуем. Трудно вспомнить. О! Зюганов был самым скучным! Я помню, звонил ему от имени Кличко и минут 15 пытался рассказывать какие-то истории. Но диалог шел так скучно, что я этот разговор даже не выкладывал.
- Чем он был скучен?
Вован: Зюгановым. Своей манерой речи. Ничего интересного он не сказал, в то же время что-то бубнил. И так 15 минут. Какая-то советская коммунистическая закалка — мог бы многое сказать, но ничего не сказал.
- Много ли вы делаете звонков, и какая часть из них выходит потом в публичное пространство?
Вован: Ну… Бывают же еще разговоры со всякими помощниками, пресс-секретарями. Они конечно же не выходят, но все звонки — по делу. Некоторые не вышли, так как там не было ничего интересного – по украинской тематике. С руководителем МВФ на Украине общались. И снова ничего интересного. В основном все выкладывается. Неудачных пранков примерно 20%.- Почему вы выбрали украинскую тематику (вы достаточно часто звоните туда)?
Вован: Из-за событий 2014 года. Ну и вообще, об Украине сейчас знает весь мир, потому что они сами ведут себя как пранкеры: тоже пытаются с кем-то связаться и все время что-то просят: деньги, какой-то помощи. Поэтому многие персонажи довольно словоохотливы, когда звонит американский или европейский чиновник. Но нужен идеальный акцент, идеальное знание английского. Это иногда проблематично.
- Сколько у вас человек в команде?
Вован: В основном мы двое, больше никого. Но иногда мы просим, чтобы нам помогли сторонние люди, если нужен взрослый голос или чистый украинский язык.
- На вас ваши спикеры не обижались? Не приходили ли какие-то угрозы?
Вован: Публичному человеку глупо после пранка еще пытаться угрожать в публичной сфере. Поэтому обычно все стараются уйти в тень и не комментировать. Например, на Украине некоторые потом говорят прессе, что мы – агенты ФСБ, а не пранкеры. Не хотят выглядеть глупо. Американцы иногда комментируют. [Спецпредставитель Госдепа США по вопросам Украины] Курт Волкер, например, заявил в СМИ, что ему понравились вопросы и он в итоге остался в восторге от розыгрыша.
- Как вам пришла идея про Лимпопо? (Пранкеры убедили члена палаты представителей США от Калифорнии Максин Уотерс, что российским хакерам удалось вмешаться в выборы в Лимпопо, свергнуть президента Бармалея и поставить «марионетку Кремля» Айболита).
- Это пришло в голову за 30 минут до самого разговора. Понятно, что с этой дамой о чем-то серьезном трудно было говорить. Нужно было проверить ее знания географии, реальности и адекватности. И оказалось, что она не совсем в себе.
- Не собираетесь менять сферу деятельности?
Лексус: Мы периодически меняем. Занимаемся, например, классической журналистикой. Развиваемся.
- Вы волновались когда звонили какому-то известному политику или звезде? И кому?
Вован: Когда мы только начинали, звонили каким-то звездам, волновались. Но со временем, звонков стало намного больше, и волнение ушло. Иногда волнуюсь до начала разговора, чтобы он состоялся и не слетел в последний момент, когда нам все согласуют. С Уокером, например, у нас были какие-то странные письма. Нас уведомляли, что кто-то еще хочет на линии посидеть, какой-то помощник Уолкера, но в итоге там никого не оказалось. Самое сложное — выйти на человека, процесс согласования и договоренностей. А в разговоре ты должен быть нейтрален, профессионален. Это мы уже умеем.
- Вы самые известные пранкеры в России. Есть ли у вас последователи или конкуренты?
Вован: Есть те, кто просто занимается обычными телефонными розыгрышами. Есть видопранкеры, которые на улице подстерегают людей. Именно по нашей тематике подражателей нет. И вряд ли будет — с нуля этим невозможно заниматься. Должен быть опыт. Какие-то столкновения жанров на стыке. Мы как раз на стыке жанров и работаем. Нужно быть немного журналистом, немного актером, понимать, как разговаривать с политиками, не бояться их. Такой опыт долго копится. Поэтому в ближайшие годы серьезных подражателей не будет.
