- Так получилось. Я там ездил и был, а потом они [организаторы конференции] все поменяли. Мне надо было срочно ехать устранять [нарушения по пожарной безопасности]. И потом на конференции было много участников, и был бы третий, четвертый... А так они смогли нормально высказаться. Брат Патимат на первой нашей встрече сказал, что нас слишком много, нас всех не услышат, хотя мы определили, что нас будет трое всего.
Не то что разногласия какие-то... Не то что я передумал... Я просто решил, что хватит и так [выступающих], ведь на самом деле я [в Москву] в аппарат президента проехал. И также встречался с журналистами передачи «Человек и закон» на Первом канале.
- Вы, в отличие от Сергея Лебедева, не присоединились к представителям своего предприятия на митинге на Нахимова.
- Были наши люди. Но митинг был не совсем санкционированным. Я не за митинги. Я сейчас провел просто собрание информационное, не призывал ни к борьбе, ни к чему, просто объяснял, что дальше произойдет. Как собрать собрание, если у меня столько людей? В кабинете? Они там не поместятся. В торговом центре? Он закрыт. В спортивном зале можно было — но они там тоже не поместятся. Это наша земля.
- То есть вы в несанкционированном митинге побоялись участвовать?
- Я не хотел. И меня предупредили на самом деле, что меня могут прямо оттуда забрать. Причем видите как, губернатор считает, что я занимаюсь не ликвидацией нарушений, а какими-то митингами. И эту тему поднимают: «Майдан не пройдет». Шумят, возмущаются, грязью меня поливают. А я наоборот митинги останавливаю. Знаю, что в прошлый раз люди собирались к зданию администрации идти. Я остановил: «Не надо, люди, этого делать». И сейчас я их собрал и просто проинформировал, что появилась надежда, что центр откроют на следующей неделе после устранения нарушений.
- Перед мероприятием на дверях подъездов прилегающих к «Муссону» домов появились объявления, что могут снести котельную, которая отапливает дома в Стрелецкой. За этими объявлениями ваши люди стоят?
- Я не знаю точно, кто стоит за этими объявлениями — вы же записываете. И даже если наши люди стоят, что в этом плохого, что мы расскажем правду. В прессе чего только не пишут. И кстати, в «Черном списке Севастополя» (паблик ВКонтакте — ред.) написали обо мне «все фигня, все он врет». Мы готовы показать все документы. Мы вывесим все иски на нашем сайте, и все смогут посмотреть. А то говорят, что про котельную мы все придумали, чтобы собрать народ.
- Что изменилось после прямой линии Путина? Есть основания предполагать, что после нее «Муссон» откроют раньше, чем ожидалось? Или откроют только здания, где занимаются дети?
- Не знаю, он [Овсянников] высказался вчера. Но он красиво сказал: «Будут устранены нарушения, откроем». Но кто отвечает за то, чтобы они устранились? Ведь если он захочет, он будет мешать, а захочет помогать — будет помогать. От него зависит многое.
- "Коммерсант" цитирует сегодня предположение общественника Ивана Комелова, что иски о сносе «Муссона» и «Добростроя» - это зачистка политического поля перед выборами в заксобрание. А вы, как мы помним, недавно высказывали намерение баллотироваться. Еще не передумали?
- Может быть. Но не для выборов, а устраняют конкурентов, чтобы продать наши здания.
Если так будет продолжаться, я точно пойду на выборы. Если будут давить. Я хозяйственник, я не политик. Я не очень сильно хотел, но сейчас смотрю, что в политике появляются негодяи. Губернатор и его заместитель Пономарев — то, что они говорят — они же просто негодяи. И с этим рынком «Чайка»... Если вы за спорт, так и делайте спорт, зачем вы рынок опять открываете?
Или эти арендаторы, Патимат [завод «Южный Севастополь»] - они же нормально работают, разве они мешают? Нет, в правительстве считают, что кто-то будет более эффективным арендатором. А люди договор заключили — они же тоже силы тратили, деньги вкладывали, энергию. Я считаю, все это неправильно и поэтому, если ничего не изменится, если губернатора не поменяют до выборов, как бы не пришлось отстаивать интересы города в заксобрании.
- Как вы думаете, способны ли предприниматели Севастополя консолидировать усилия по защите своих интересов?
- Мы пытаемся, но вы видите, с митингами в России гораздо сложнее, чем на Украине. Консолидироваться за счет митингов не получится. Может начнут, как в революцию, ячейки собираться, и когда-то это все так взорвется, что беспредел будет... Но власть же тоже по уму делает, потихоньку [недовольных] убирает. Не на всех сразу, а по одному давит. Но люди объединяются все равно, недовольство накапливается. [Овсянников] сейчас массы людей будет успокаивать, но если он не повернется к бизнесу лицом...
У нас сейчас много говорят про инвестиции. Но как инвестировать? Мы сейчас стали накапливать деньги, мечтаем плавательный бассейн построить и яхт-клуб развивать. А я боюсь уже вкладывать деньги и развиваться, потому что не понимаю, что происходит. Инвестиции в город извне, наоборот, падают. И мы ищем, кто бы в нас вложил, хотя местные, те, кто здесь живут – больше сделают.
- Может все дело в конкурентах? Компания «ИТ-Град» выкупила «Одеколон» и собирается что-то здесь строить. Рядом с Вакуленчука, 33 Павел Лебедев строит торговый центр...
- А кто вам сказал, что это Лебедев? На Лебедева вообще бочку катят. К Лебедеву все по-разному относятся, но он созидатель. Первый аквапарк построил, фонтан поющий запустил, отель лучший Лебедев построил. Неправомерно его хают. Он строит единые дома, а не размазывает частные дома по берегу. Он создает комплексы, чтобы были между ними парки, зоны отдыха, чтобы люди в свечках жили и могли по ландшафту этому гулять. А не так: забор поставил, свои 10 соток огородил и сидит там внутри. Он для людей улучшает город.
- А кто же это строит торговый центр рядом с вами?
- Это «Добрострой».
