В севастопольской больнице №2 на ул. Ерошенко закрывают пульмонологическое отделение – и переводят в Балаклаву, в больницу №9. Место, освободившееся после сворачивания 15 специализированных коек, вероятнее всего, отдадут онкологическим больным. Ведь статистика по онкологии в Севастополе пугающая, а строительство обещанного по ФЦП онкоцентра пока так и не началось.
Пациенты и врачи пульмонологии против предлагаемого перевода.
Отделение планируют развернуть на базе терапии больницы №9, которая имеет гастроэнтерологический профиль. Терапевты всех тонкостей ведения пульмонологических пациентов не знают, навыками не обладают, необходимого оборудования не имеют.
А о переводе персонала отделения из больницы №2 в Балаклаву, по словам пациентов, пока речи не идет. «Скорее всего, людей здесь уволят, а там откроют какие-то ставки, но не факт, что возьмут наших врачей», - сетуют они.
Но это не самое страшное. Хроники опасаются, что теперь врачи попросту не успеют им помочь. Когда у пациента приступ, помощь ему нужна немедленно, у «скорой» каждая минута на счету.
Везти пациента в Балаклаву намного дольше, чем на Ерошенко. Все ли переживут такую транспортировку? Кроме того, пациентам пульмонологического отделения часто требуется компьютерная томография. Своего аппарата ни во 2-ой, ни в 9-ой больнице нет.
Всех приходится везти в 1-ую горбольницу. «Одно дело заказать перевозку и доставить больного с Ерошенко на пл. Восставших, другое — отвезти в «час пик» по пробкам в Балаклаву», - говорят медики.
Отделение в больнице №2 открылось совсем недавно — в марте 2018 года горздрав подписал официальный приказ. А до этого легочные больные лечились вообще непонятно как. Их сложные, трудно поддающиеся терапии заболевания несколько лет оставались без профессионального медицинского надзора. Произошло это постепенно. При Украине в больнице №2 были не просто специализированные койки, а полноценное отделение с собственной лабораторией, просторными палатами, оборудованием, кабинетами массажа и ЛФК, вспоминают пациенты. Оно считалось лучшим на Украине, и сюда приезжали учиться врачи со всей страны. Но в какой-то момент отделение в больнице решено было свернуть.
Пульмонологов при Украине перевели в туберкулезный диспансер на Фиолентовском шоссе, несмотря на то, что такой перевод противоречил санитарным правилам — легочные больные не должны контактировать с носителями туберкулеза. А освободившиеся помещения на ул. Ерошенко передали в аренду частной клинике «Бонус».
Тем не менее, отделение в тубдиспансере работало. И пациенты, страдающие хроническими заболеваниями дыхательной системы — астмой, эмфиземой легких, ХОБЛ — могли проходить там плановое лечение. Но с приходом России отделение на Фиолентовском шоссе решено было закрыть — из-за высокого риска инфицирования больных туберкулезом и другими инфекциями. Пульмонологических больных передали терапевтам. А те, как говорят сами пациенты, «очень старались, но с ''тяжелыми'' просто не справились».
Одна из пациенток – Людмила Пивень, педагог с 28-летним стажем, рассказала «Примечаниям» свою историю. Долгие годы Людмила была пациенткой пульмонологии — сначала лечилась на Ерошенко, потом ездила на Фиолентовское шоссе. Плановой госпитализации раз в полгода-год вполне хватало, чтобы поддерживать здоровье женщины – она даже продолжала педагогическую деятельность.
В 2013 году в Киеве Людмила прошла освидетельствование и получила третью группу инвалидности. Но за последние несколько лет буквально слегла — дошла до первой группы. Людмила считает, что случилось это именно из-за ликвидации профильного отделения. Пока чиновники горздрава наладили работу нового, открывшегося в марте во 2-ой больнице, состояние женщины сильно ухудшилось. А теперь и эти 15 коек горздрав переводит на новое место.
«Я до Балаклавы не доеду, - говорит Пивень. - Я привязана к баллонам с кислородом, которые стоят у меня дома, я дышу по 16 часов в день. У «скорой» часто кислорода нет. Как они меня довезут?»
Из центра в Балаклаву — путь не близкий, сетует женщина. Чтобы ездить в больницу, она вызывает социальное такси для инвалидов, но количество вызовов в месяц ограничено — услугой можно воспользоваться лишь 8 раз. Если понадобится сопровождение соцработника, за него придется заплатить. «За визит к врачу я плачу 65 рублей в час, один поход — минимум 3 часа, - перечисляет Пивень. - Иногда нужно выписывать рецепты — а их у меня столько, что этот процесс тоже на два часа. В аптеку сходить – минимум час. Вот и посчитайте сколько в месяц уходит только на эту государственную помощь».
Несмотря на тяжелое заболевание, Людмила — настоящий боец. Последние несколько она защищает не только себя, но и товарищей по несчастью: пишет письма чиновниками, в Москву, добивается госпитализации, выписки льготных лекарств. «Всех необходимых мне препаратов, я не получала, - говорит женщина. - То одно не выписывали, то другое. В конце концов главный пульмонолог Ивахненко добился, выписал мне ингаляторы. Но было уже поздно, они почти не помогали. Только в этом году я, наконец, получила все положенные мне лекарства».
Людмила добилась того, чтобы ее отправили на обследование в Москву. И там врачи диагностировали у нее системное заболевание, которое требует сложного и дорогостоящего лечения. Каждый месяц женщину госпитализируют в городскую больницу №3, в ревматологическое отделение. Но и его существование сейчас под вопросом, говорит она, ходят слухи, что ревматологию тоже могут «оптимизировать».
Но сейчас Людмилу, как и других пациентов, интересует судьба пульмонологического отделения.
Люди считают, что горздрав не имеет права ее выселять, ведь когда государственная больница судилась с частной клиникой «Бонус», требуя освободить помещения (по закону в России частные структуры не могут занимать площади государственных больниц), суд в 2017 году так и прописал в решении: освободить под пульмонологическое отделение.
«В нашем пульмонологическом отделении всего 15 коек, - поделился с «Примечаниями» главный пульмонолог города Евгений Ивахненко. - А должно быть 30 коек. Сейчас больница №9 в Балаклаве готовит площади, закупает оборудование. Готовится развернуть отделение – но тоже на 15 коек. Время на разворачивания отделения дали очень мало — оно должно заработать 1 июля. Кроме того, существует понятие маршрутизации больных: в Балаклаву ехать на «скорой» намного дольше. Все это может привести к тому, что человек погибнет».
Это касается тысяч людей. «В Севастополе на учете по бронхиальной астме стоит 1630 человек, с хронической обструктивной болезнью легких — около 2000 человек, пневмонией в этом году переболели 660 человек», - приводит данные Ивахненко.
Медики считают, что пульмонологическое отделение выселяют, чтобы освободить площади под расширяющийся онкодиспансер. Строительство нового так и не начато.
В начале июня местные СМИ анонсировали скорое открытие старого онкодиспансера им. Задорожного на ул. Ерошенко по-соседству со 2-ой больницей. Но пока ремонт в здании продолжается, работает только онкополиклиника, а койки онкологического стационара размещаются в палатах больницы №2. Говорит, временно, пока не построят новой здание, на которое по ФЦП из федерального бюджета было выделено 3,7 млрд рублей.
Участок под строительство онкоцентра и больницы скорой помощи в Севастополе вроде бы нашли: в районе Фиолентовского шоссе, 15 было выделено 4,4 га земли. В прошлом году губернатор города Дмитрий Овсянников пообещал, что строительство нового диспансера начнется уже в декабре 2017 года. Однако вскоре выяснилось, что проект еще не готов и экспертизу не прошел, поэтому в конце года правительство заключило с проектировщиками допсоглашение и продлило «бумажную» стадию до мая 2018. Новые сроки проектирования уже истекли, но в местных СМИ по теме — лишь тишина.
Статистика выявления онкологических заболеваний в городе пугающе растет. По данным главного онколога Севастополя, в 2015 году у нас было зафиксировано 1429 случаев первичной постановки диагноза, в 2016 — уже 1784 случая, а в 2017 — 1985.
Но врачи уверены, что растущие цифры - это хорошо. Медицина не стоит на месте, успокаивают они горожан, и добавляют для убедительности: в 59% случаев, согласно статистике начала 2018 года, удалось выявить заболевания на I-II стадии, хорошо поддающейся лечению. Правда, смертность от онкологии тоже выросла на 11% в прошлом году, но и тут у горздрава есть объяснение: в городе стали чаще делать вскрытие, особенно пожилых людей. Появилась возможность более точно установить причину смерти, и оказалось, что это именно онкология.
Конечно, онкостационар нужно расширять — и с этим согласны и врачи-пульмонологи, и их пациенты. Но почему ценой здоровья других севастопольцев?
Пульмонология — не единственная, кого принесли в жертву статистике. Под расширение онкологии «срезали» койки и в эндокринологическом отделении, занимающемся лечением последствий такого сложного заболевания как сахарный диабет. Теперь их во 2-ой больнице не 40, а 30. Правда, общее количество все же увеличилось: в первой горбольнице организовали 20 коек на базе терапии.
Но диабетики таким решением не очень довольны.
Претензии те же, что и у легочников. Пациентам нужен профессиональный уход: медсестры и санитарки должны быть знакомы с особенностями заболевания. Одного консультирующего эндокринолога на отделение недостаточно, диабетиками в стационаре должны заниматься минимум три профессиональных врача. Кроме того, им постоянно требуются консультации узких специалистов, знакомых с особенностями развития осложнений: диабетической стопы, диабетической ретинопатии (поражения сетчатки глаза), полинейропатии, микрососудитых изменений. Этим пациентам тоже нужен полноценный медицинский центр или хотя бы отделение, а не разбросанные по многопрофильным терапиям койки.
А пока чиновники продолжают играть в оптимизацию, люди в буквальном смысле умирают. И при Украине в стационар 2-ой больнице с эндокринологией было сложно попасть, а теперь и вовсе - «миссия невыполнима». Получается, что, пока мы не получим оглушительных цифр смертности от астмы или диабета, удивляющих Минздрав РФ, ситуация вряд изменится. Как бы чудовищно это ни звучало.
