28 июня в мировом суде Ялтинского округа прошло удивительное судебное заседание. Судья Исаев провёл гражданский процесс «в совещательной комнате», в отсутствие истца и ответчика. Менее чем за час, пролистав документы, он вынес решение о присуждении пенсионерке коммунального долга в 40 тысяч рублей. Должница не согласна - ведь за все услуги она давно и исправно платит напрямую поставщикам, и членом кооператива, требующего с нее деньги, себя не считает.
Ольга Фирсова более полувека проживает в Ялте. В 70-х годах она, как и многие, чтобы улучшить жилищные условия, вступила вместе с мужем в жилищный кооператив ЖСК-32, строивший дом №81 на ул. Свердлова. После сдачи в дома эксплуатацию в 1976 году о своем членстве в ЖСК Ольга, как и другие новоселы, забыла почти на 40 лет. Многоэтажка обслуживалась различными коммунальными организациями, с которыми жильцы напрямую заключали договоры.
Так было, пока в одну из квартир не вселилась гражданка Туркменистана Людмила Панова. Предприимчивая иностранка оперативно провела общее собрание и, несмотря на возражение Фирсовой и других соседей, стала председателем домового комитета. В январе 2015 года она возродила ЖСК-32 (в налоговой эта организация числится как преемник созданного в 1974 году кооператива).
Под предлогом улучшения управления домом Панова заключила договоры с поставщиками коммунальных услуг и поставила соседей перед фактом: отныне платить по счетам они будут ей – и не только за содержание жилого помещения и общего имущества, но и за воду.
Она стала снимать показания водомеров и выставлять жильцам счета. Причем, как уверяет Фирсова, они были непрозрачными: по итоговой сумме нельзя понять, за какую услугу и сколько ты в конце концов платишь.
Ольге Фирсовой такой подход не понравился, ведь у нее был действующий прямой договор с водоканалом. Пенсионерка отказалась считать себя членом вновь образованного ЖСК-32 и продолжила оплачивать счета напрямую.
В 2016 году Панова подала на Фирсову в суд, требуя взыскать задолженность за 2016-2017 годы.
Пенсионерка предоставила квитанции, свидетельствующие, что долгов перед водоканалом у нее нет. Однако судья Карпачева посчитала, что Панова должна заплатить ЖСК-32 весь долг, без перерасчетов. Тогда сумма взыскания составляла 13,6 тыс рублей.
В 2019 году по очередному заявлению Пановой мировой судья Ялтинского округа Алтунин вынес еще один судебный приказ о взыскании с Фирсовой задолженности «за жилое помещение и коммунальные услуги». Но он был отменён другим мировым судьей. После отмены приказа Панова подала иск о взыскании с Фирсовой в пользу ЖСК-32 задолженности в сумме уже 38 тысяч рублей. По приказу председателя Ялтинского городского суда Николая Ганыча дело в итоге передали мировому судье Уллумбию Исаеву.
Возможно, последний суд когда-нибудь будут изучать историки. Присутствовавшие в зале общественники, передавшие «Примечаниям» аудиозапись заседания, рассказывают, что процесс прошел в отсутствие как истца, так и ответчика, и свелся, по сути, к пролистыванию и краткому пересказу некоторых документов гражданского дела.
В начале заседания ответчица Фирсова еще присутствовала. Представитель ЖСК-32 письменно уведомил суд о своём отсутствии и просил провести заседание без него. Хотя ответчица настаивала на переносе заседания, поскольку хотела задать вопросы лично истцу, судья Исаев отклонил её просьбу. А заодно отклонил одним махом все ходатайства, поданные через канцелярию суда.
О чем просила суд ответчица Фирсова? Первое, что она надеялась выяснить хотя бы в суде: сколько и за что ей начислили? Проще говоря, она просила, чтобы Панову, хотя бы в судебном процессе, принудили предоставить ей детализацию счетов.
Также ответчица просила суд детально рассмотреть вопрос о ее правоотношениях с председателем домкома Пановой и ЖСК-32 – является ли она членом кооператива и обязана ли платить за воду через общий договор? Ведь прямые расчеты за воду не противоречат закону. Кроме того, Фирсова просила исключить из дела все материалы и доказательства, не относящиеся к предмету спора; вложить оригиналы всех судебных актов, поскольку дело состоит исключительно из незаверенных ксерокопий.
Когда стало ясно, что доводы ответчика судья намерен проигнорировать, Фирсова в знак протеста покинула зал судебного заседания. А дальше случился «театр одного актёра»: судья решил не прерывать рассмотрение дела и провести его в полном одиночестве, если не считать секретаря и слушателей.
Уллумбий Исаев деловито перелистывал дело, периодически обращаюсь с вопросом к пустому залу: «Возражений нет?» И отвечал самому себе: «Возражений нет».
После озвучивания материалов дела наступил этап судебный прений. Убедившись, что реплик сторон и на этом этапе нет, судья сообщил, что «суд остаётся в совещательной комнате» и попросил присутствующих покинуть помещение. Через 15 минут судья объявил решение: оплатить имеющуюся задолженность и судебные издержки.
По мнению Фирсовой, судья нарушил Конституцию РФ, в которой говорится о состязательности сторон в судебном заседании. Но, если бы стороны действительно состязались, возникло бы множество неудобных вопросов.
Например, где письменное заявление Фирсовой о вступлении в ЖСК-32? Ведь по уставу кооператива предусмотрен исключительно заявительный порядок вступления в его ряды. Почему в деле отсутствуют документы, подтверждающие, что ЖСК-32 является управляющей организацией дома №81 по ул. Свердлова? За какие конкретно коммунальные услуги, какие конкретно суммы и, исходя из каких тарифов, якобы задолжала ответчица?
Эти и другие вопросы неминуемо возникли бы в любом нормальном судебном заседании. Но, не исключено, что на наших глазах рождается новая форма судебных разбирательств, где вместо судьи присутствует некое подобие нотариуса, задача которого — лишь просмотреть предоставленные документы.
А что, очень удобно: проверил явку, пролистал материалы и вынес решение. В перспективе такой тип заседаний можно автоматизировать, заменив человека компьютерной программой, оптимизировав таким образом расходы на судейские зарплаты. Ведь оказывается, что и без ходатайств, выслушивания свидетелей, прений и прочей устаревшей чепухи вполне можно вынести решение.
Впрочем, посмотрим, как оценит новаторство апелляционная инстанция, куда уже подана жалоба.
